ТАК ЛИ ТУМАННЫ ПЕРСПЕКТИВЫ ТУМАННОГО АЛЬБИОНА?

0

Европа на распутье: одни тянут вправо, другие - влево

Незыблемым фундаментом западной демократической системы, сложившейся после распада Советского Союза, до последнего времени считались Европейский Союз, НАТО и Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии. Но после исторического референдума, на котором Британия сказала континентальной Европе «Прощай!», ситуация стала меняться.

Из четырёх административно-политических областей, условно именуемых странами, входящих в состав Британии (Англия, Уэльс, Шотландия, Северная Ирландия), две страны, насчитывающие более 10% населения и около 40% площади, не хотят выходить из ЕС. А это чревато расколом крупной европейской страны и опасностью эффекта домино в самом Евросоюзе.

Свободолюбивые островитяне

Англичане с древних времен постоянно вели борьбу против норманнов, белгов, франков, и это стремление к независимости вошло в плоть и кровь жителей Великобритании, поэтому желание современных островитян выйти из Евросоюза понять можно - Лондон больше не желает зависеть от Брюсселя. После вхождения Соединённого Королевства в Европейское экономическое сообщество в 1973 году это свободолюбие неоднократно проявлялось в виде перманентных конфликтов между Лондоном и Брюсселем. В 2011-м отношения между Великобританией и Евросоюзом настолько обострились, что островитяне решили провести референдум и выйти из ЕС. Предложение набрало всего 10% голосов. Но прошло 5 лет, и плебисцит 2016 года дал Брекзиту уже 52% голосов.

Серьезные проблемы Европейского Союза возникли после экономического кризиса 2008 года, да так до сих пор никуда и не делись. Греции для стабилизации экономики требуется до 60 млрд. долларов. Испании для поддержки банковской системы - около 62 млрд. евро. Главный донор Греции - Германия, но лишь 25% немцев готовы поддержать идею помощи Афинам. Это значит, что Германия может согласиться с выходом Греции из еврозоны. По-прежнему под вопросом трансатлантическое торговое и инвестиционное партнёрство ЕС и США. Трамп теперь уже настроен к нему вроде позитивно, но оппонентами партнёрства вдруг оказалась заметная часть однопартийцев фрау Меркель.

Плюс к этому проблема беженцев, ставшая для ЕС вопросом безопасности, тесно сомкнулась с угрозой терроризма. Кроме всего, в странах Евросоюза растут националистические настроения и активное неприятие «фальшивых беженцев», а это напрямую угрожает основным ценностям ЕС. Италия, Бельгия, Финляндия уже обсуждают ограничительные меры в миграционной политике. Появились предложения о запрете двойного гражданства. Обострились отношения ЕС с Турцией в вопросах беженцев, усилились разногласия между европейскими странами в отношении бойкота Ирана из-за его ядерных амбиций. Часть членов Евросоюза готовы договариваться с иранской стороной об экономическом сотрудничестве, а Швеция и Нидерланды поддерживают жёсткую позицию Трампа в иранском вопросе. Наконец, страны ЕС до сих пор так и не выработали общую позицию по Сирии.

Нет ясности и в вопросах отношения к Китаю и Америке. На КНР приходится 15% внешней торговли Евросоюза, на США – 18, но администрация Трампа взяла курс на усиление конфронтации с Китаем. А ряд стран ЕС хотели бы оставаться нейтральными и сохранять торговые отношения как с КНР, так и с США. То же самое и в вопросе санкций против РФ. Многие политики Евросоюза осторожно ведут разговоры об их смягчении, оглядываясь при этом на США. Трамп внятно на эту тему пока не высказался, хотя европейцы понимают, что американскому президенту трудно получить поддержку Конгресса в движении навстречу России. В Европе, похоже, только Германия способна потребовать от союзников сохранения режима санкций. Великобритания в проблемы Евросоюза углубляться не хочет.

Кто накажет Лондон за отступничество?

Брекзит внёс сумятицу не только в головы жителей Туманного Альбиона, он посеял семена раздора и в ослабевшем Евросоюзе. Об этом свидетельствует оживлённая «внутрисоюзная» деятельность его руководителей и входящих в ЕС стран. 5 марта в Версале в узком кругу собрались лидеры Германии, Испании, Италии и Франции поговорить о совместном будущем. Держатели «ядра континента» высказались за так называемую «многоскоростную Европу», суть которой раскрыл президент Франции Олланд: «ЕС будет либо многоскоростным, либо взорвётся. Внутренний рынок с единой валютой только для некоторых». Как отмечают политологи, идея «многоскоростной Европы» требует либо возвращения «к национальным валютам через тяжёлый дезинтеграционный кризис», либо движения вперёд – «к единому банковскому союзу и единому бюджету». 9 и 10 марта саммит глав государств и правительств (первый день – с Терезой Мэй, второй – без неё) был посвящён стратегии Евросоюза на ближайшее десятилетие. Большое «собрание» прошло на фоне многочисленных кризисов в ЕС, «которые вызывают сомнения в перспективах самого его существования».

Накануне собиралась «фракция» Вышеградской четвёрки – Польша, Венгрия, Чехия и Словакия - и объявила свою позицию: «Многоскоростная Европа означает сохранение разрывов в почасовой оплате труда на западе и востоке Евросоюза и разных социальных стандартов по обе стороны Одера». Наконец, 25 марта в Риме во дворце на Капитолийском холме состоялся юбилейный саммит 27-ми стран ЕС, принявший итоговую декларацию к 60-летию Римского договора, подписанного 25 марта 1957 года Германией, Францией, Италией, Бельгией и Люксембургом, заложившего основу Европейского экономического союза. Так что к юбилею единой Европы британцы приготовили плохой подарок: желающих отказаться от совместного проживания в становящемся проблемным ЕС на 1 миллион 200 тысяч больше, чем его поддерживающих.

В том, что выход Великобритании создаст кучу проблем как для ЕС, так и для Соединённого Королевства, можно не сомневаться. В основе евроинтеграции - принцип примата гуманизма. До сих пор это была типично европейская демократическая практика баланса сил и противовесов: Лондон объединял противников сильной централизации и сторонников относительной свободы в принятии экономических и политических решений, Берлин олицетворял усиление федерализации Евросоюза, дальнейшей централизации и учреждения надгосударственных институтов. Выход Великобритании из ЕС означает нарушение баланса сил, усиление позиций сторонника жёсткой дисциплины в «строю государств», что вряд ли будет по сердцу более слабым партнёрам по Евросоюзу.

С другой стороны, если Брюссель пожелает примерно наказать Лондон, чтобы другим неповадно было, к примеру, введением таможенных границ с Великобританией, прекращением свободного перемещения британцев и поиска работы в ЕС, пострадают простые жители Соединенного Королевства. Гражданам Евросоюза, привыкшим к вольготной жизни, такие меры покажутся жестокими. Более того, по мнению отдельных аналитиков, «карательные» подходы европейцы расценивают как готовность силой удержать единство ЕС, как когда-то Бисмарк, «железной рукой» объединивший Германию.

Наметившееся стремление Шотландии и Северной Ирландии провести референдумы о независимости от Соединённого Королевства болезненно воспринимаются и Лондоном, и Брюсселем. Шотландцы уже пытались отделиться, но на референдуме 2014 года победу одержали сторонники единого королевства. Предположим, что два новых референдума закончатся победой шотландцев и северных ирландцев, их результаты признают и Соединённое Королевство, и ЕС. Но поддержат ли их другие, к примеру, Испания, где есть Каталония, или Франция, где есть Баскония, или даже «сердце Евросоюза» - Бельгия, где есть Валлония? Опасение, что эти два референдума в Великобритании могут стать катализатором для сепаратистов Евросоюза, имеет все основания.

Влияние ожидаемых британских референдумов ещё под двойным вопросом, а в самом ЕС уже зреют «экзиты» в Нидерландах и Швеции. Дания вошла в ЕС при условии сохранения датской кроны, а Финляндия готовится рассмотреть вопрос о выходе из еврозоны. Ряд стран - членов Евросоюза косо смотрит на единую евровалюту, считая ее своеобразным «монстром Франкенштейна», не дающим возможности сохранить устойчивый обменный курс для стран с различными производственными возможностями. Но самую большую тревогу в Европейском Союзе вызывает «разделение между Востоком и Западом Европы по уровню производства» и разрыв «по линии Север-Юг между зажиточными и слабыми странами».

Гуд бай, Соединённое Королевство?

В 1922 году, после выделения Ирландского Свободного Государства, в составе Соединённого Королевства осталась Северная Ирландия, и страна получила название «Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии». Уэльс никогда не был независимым государством, оставаясь частью Англии, и только в 1967 году стали различать Англию и Уэльс. Уэльс, Шотландия и Северная Ирландия пользуются известными правами самоуправления – они имеют парламенты, которые избирают первых министров. Англия таких прав не имеет, она сразу выходит на парламент Великобритании, вместо первого министра – премьер-министр, сегодня - это Тереза Мэй. Такая особенность политической архитектуры Соединённого Королевства вызывает недовольство известной части английского населения. Консервативной партией поощряется движение в поддержку создания самостоятельного парламента и правительства Англии. В Лейбористской же партии считают, что «создание самостоятельных органов власти в Англии приведёт к резкому уменьшению роли Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии и чревато последствиями».

Что ожидает Великобританию после выхода из Евросоюза? Ей придётся заключить новые торговые договоры с оставшимися в ЕС 27-ю странами. Она выйдет из-под юрисдикции Европейского суда правосудия, перестанет платить членские взносы в бюджет ЕС (только в 2013 году ее взнос составил 14,5 млрд. евро). С выходом из Евросоюза британцы обретут контроль над своими границами. Серьёзные изменения ожидаются и на рынке труда: к примеру, в 2015 году в Британии поселилось более 330 тысяч мигрантов, большинство – из Европы. Сейчас англичане считают, сколько миллионов рабочих мест потеряет или создаст их страна после выхода из ЕС. Что будет с ВВП? Если в Соединённом Королевстве введут ограничения на приём на работу выходцев из ЕС, рост населения сократится примерно в три раза, что позволит британцам получить рабочие места и поднять зарплату. И наконец, после выхода из Европейского Союза Великобритания по-прежнему останется «ключевым членом НАТО и Совета Безопасности ООН, а также ядерной державой»?

Виталий ЧЕПАК.